Нафиг

Они сидят на берегу, еле обдуваемые задыхающимся ветерком, подставляют кусачему яркому солнцу плечи и смотрят на стремительно шагающую у кромки воды фигуру.

— Ну, напиши ему, — говорит она, — ты же умная, найди повод.

Подруга скручивает бандану на мокрых волосах и качает головой.

— Ну, пройдись мимо, красиво так, притормози поболтать, постреляй глазками.
— Неа.

Это всё, что она может сказать, поправив бикини и распластавшись на шезлонге.

— Почему неа? В этом ничего такого нет. Иногда стоит брать инициа…
— Да при чем тут это? Просто режим энергосбережения. И нет желания брать ответственность.
— За что? Перед кем? — не понимает она.
— Перед собой, — зевает и закрывает глаза, — Одно дело лежать на воде и принимать то, что само приплыло, другое дело брассом, кролем, баттерфляем куда-то зачем-то четко стремиться, своим решением менять привычное спокойствие на неизвестность, азарт и выстраивание ходов.
— Так можно до старости лежать. Довольствуясь мусором, который прибивает прибоем, — изящно парирует она.

Подруга на минуту задумывается, а после неуверенно произносит «Why did she have to happen? Just when I was doing so good without her». Это Хантер С. Томпсон же? Ты вчера цитировала. И да, это лучшее определение начала новой истории. Всем нужна новая история, которая just happened to us. А не написанная нами самими.

— Но ведь то, что ты можешь написать, подходит тебе больше. Ты же можешь. Я же знаю.

Вздыхает. Переворачивается на живот. Расстегивает левой рукой купальник на спине.

— Помажь мне спинку? Хотеть иногда гораздо приятнее, чем обрести. Желаемое неподвижно. Оно лежит в сумке твоих фантазий, ты вытаскиваешь его, вертишь в руках, примеряешь с разными нарядами и ситуациями, и кладешь обратно ровно до того момента, пока оно не понадобится тебе снова. Обретенное спонтанно. Оно выходит из под контроля, оно заполняет собой время и пространство, оно требует неизбежных изменений и, что самое главное, оно вносит в твою жизнь ожидание плохого. Ты знаешь, что однажды все может закончиться. В лучшем случае, смертью в 99 лет. В худшем — очередным разочарованием… (пауза) У тебя есть spf 50 для моей родинки?
— А лучше сидеть одной? — протягивает крем, — А не страшно терять то, что прибьет прибоем?
— Бог дал, Бог взял. В режиме энергосбережения. Это как явление природы, погода. Идет дождик, принимаем. Жарит солнце, ну, ок. А ты предлагаешь пересечь экватор в поисках идеального климата. И если там начнутся мусонные ливни, будет чертовски досадно.

Разговор явно окончен. Но она делает последнюю попытку.

— Интересно, а он рассуждает так же, как ты?
— 100%, — закрывает полотенцем голову, явно настраиваясь подремать, — Просто он бы сказал кратко.
— Как?
— «нафиг».

Где-то за желтой линией буйков проносится гидроцикл. Маленькая девочка в смешном купальнике с вишнями несет к песочной башне ведерко воды. На соседнем шезлонге мать шумного семейства сокрушается о забытых в машине «абрикосиках».
И в небе снова самолёт, так низко, что кажется, пассажиры могут рассмотреть пестрые тапки у моря и забытые на песке полотенца. Девочка в купальнике с вишнями запрокидывает голову, машет и заливисто смеется.